Пять ловушек для потенциального беженца
Объяснять, почему при кажущейся лёгкости процесса, пользоваться беженской петицией для легализации статуса в США стоит с огромной осторожностью, это как бороться с ветряными мельницами. Потенциальный "беженец" часто обидчив, отравлен советами видеоблогеров, и любое слово предостережения воспринимает как искусственную помеху на пути к его личному американскому счастью. Беженец уже "прочитал весь интернет" и понял, что родственников в Америке у него нет, рабочая виза не светит, а лотерея не выигрывается. В его сознании уже сформировалась идея "подам на беженство" как способ, не требующий ни особой квалификации, ни удачи. И, наверное, отговаривать - дело неблагодарное. Но, с другой стороны, если предупреждение о возможных ловушках, в которые можно угодить по незнанию в попытках поиграть в азартную игру с государством, поможет хоть кому-то, этот текст написан не напрасно.
Ловушка 1. Вход 1 руб., выход 2 руб.
Как я уже многократно писала, иммиграционное право США очень доброжелательно по отношению к потенциальным беженцам (до определённого момента, но об этом речь пойдёт ниже). В эту систему очень легко войти - достаточно оказаться на территории США неважно в каком статусе и заполнить нехитрую форму, отметив крестиком категорию, по которой заявитель испытал притеснения на родине. Даже сбор иммиграционным службам платить не нужно, подача заявления бесплатна. Через 150 дней вызревает возможность получить разрешение на работу, номер карточки социального страхования, права штата, а интервью, оно ещё через несколько лет, о нем подумаем потом. На этой стадии начинает звучать нанавидимое мною слово "легализация."
Проблема в том, что чем человек глубже в процессе, тем сложнее выйти из него без легальных потерь. В гипотетическом и крайне редко встречающемся случае отзыва петиции сразу после подачи, до интервью, и до "пересидки" текущего неиммиграционного статуса, последствием скорее всего окажется всего лишь невозможность получить неиммиграционную визу в будущем. "Передумать" на более продвинутых стадиях становится более сложно. При отказе по факту интервью запускается процесс депортации, сложность ситуации возрастает, с ней растут и адвокатские расценки, и в результате разрешение ситуации в виде судебного ордера, позволяющего заявителю просто покинуть страну без записи о депортации в деле, становится делом достаточно дорогостоящим.
Панацея всех страждущих мифической "легализации" - брак с американским гражданином/гражданкой уже тоже не решает проблему одноходовой комбинацией. Просто подать петицию по воссоединению тому, кто находится в депортационном процессе в результате неодобренного на интервью беженства, не получится. Во-первых, для людей в депортации есть особое правило по воссоединению и бремя доказательств нефиктивности брака выше, чем в обычном деле. Во-вторых, выдача гринкарты по браку произойдёт только если её авторизирует судья, либо если судебным решением беженская петиция будет аннулирована. Все эти усилия, даже если и приносят результат, то обычно ценой, выраженной адвокатским гонораром. Петиция, подать которую обходится в условные копейки, становится крайне дорогостоящей при попытке её отозвать.
Ловушка 2. Тик-так ходики. Время - вещь необычайно длинная. Это поэт не про процедуру рассмотрения беженских петиций сказал, но к ситуации вполне применимо. Многие слышали выражение asylum clock - беженские часы. В момент подачи петиции запускается счётчик, к которому многое привязано. Например, получение разрешения на работу. Подать заявление на разрешение на работу можно, когда на часах "натикало" 150 дней. Эта информация сильно популяризирована иммиграционными "помогайками" и даже некоторыми недобросовестными адвокатами, которые убеждают заявителя подать петицию как можно скорее, чтобы быстрее запустить часы и приблизить получение заветного разрешения на работу. Продавцы этой концепции имеют свой интерес: побыстрее снять с клиента денег за подачу петиции и закинуть в иммиграционные службы минимальный набор документов, просто запускающий процесс. Некоторые из них подбадривают клиента тем соображением, что пока очередь на интервью подойдёт, все ещё поменяется, да и времени будет предостаточно, чтобы собрать основательный пакет документов.
Логика в этом некоторая есть, но есть и момент, о котором в данном сценарии умалчивают. Если вызов на интервью произошёл до истечения 150 дней, разрешения на работу не положено, потому что считается, что человек либо получит на интервью беженский статус, либо по факту отказа уйдёт в депортацию. Предположим, беженский офис получил заявление о предоставлении статуса беженца, состоящее из одной базовой формы, копии паспорта, декларации заявителя на одну страничку. Офицер, получивший такое дело, видит, что там и разбирать нечего, поэтому быстренько втыкает в календарь интервью с этим заявителем, чтобы отказать ему, да и дело с глаз долой. Получив вызов на интервью, беженец впадает в панику и в спешном порядке собирает какой-никакой пакет документов, чтобы вручить его офицеру на интервью. Увидев в назначенный день заявителя с пачкой бумаги, офицер говорит: "О! Да Вы принесли новые доказательства. В них надо разобраться." Отменяет интервью и переводит дело в нормальный, не ускоренный, режим, потому что оно теперь стало нормального объема. И все бы ничего, но теперь уже считается, что задержка в деле произошла по вине заявителя, и часы остановились в день несостоявшегося интервью. Т.е., в какой-нибудь день 138. До интервью теперь два-с-половиной, а то и все четыре года, а разрешения на работу не положено. Впереди у беженца - годы низкоквалифицированной грязной работы за наличные.
Ловушка 3. Улица с односторонним движением. Третья проблема имеет то же происхождение, что и вторая. Если бы мне давали доллар каждый раз, когда я получаю звонок от "беженца" выясняющего, как бы ему в ожидании интервью съездить в третьи страны повидаться с родственниками, я бы обновила машину быстрее, чем планирую. Любой помышляющий о подаче беженской петиции должен забить в поисковик волшебные слова "Affirmative Asylum Scheduling Bulletin", кликнуть по первой же ссылке, и смотреть на открывшуюся страницу до полного понимания английского языка в пределах, необходимых для чтения этого бюллетеня. Если это проделать, то ещё до того, как человек запустил процесс, ему будет понятно, что интервью даже при самом оптимистичном раскладе не состоится раньше, чем через два-с-половиной года. В некоторых офисах интервью ждут больше четырёх лет. Выехать повидаться с семьёй и сохранить гарантированную возможность не только вернуться, но и вернуться к своему месту в очереди, у абсолютного большинства никогда не получится. У каждого правила есть исключения, но все-таки правило есть правило: "сидите ровно и не рыпайтесь."
Тут же существует проблема, лежащая на пересечении описанного выше и ситуации со сроками ожидания интервью. Предположим, идея познакомиться с расписанием интервью по разным беженским центрам посетила беженца после того, как петиция подана. И он разумно решил, что в Сан Франциско ему интервьюироваться сподручнее, чем Лос Анджелесе. Два года ожидания лучше, чем четыре, не так ли? И беженец подаёт заявление на перевод дела в другой офис. В этот момент часы останавливаются (если 150 дней не прошло - прощай разрешение на работу), и отсчёт начинается заново в другом офисе. Ну, здесь ещё есть сопутствующее соображение о том, что документы при пересылке могут потеряться, и, соответственно, процесс затягивается.
Ловушка 4. Халява, сэр! Другой популярный вопрос, с которым запустившие процесс беженцы почему-то звонят в офис к адвокату, это "куда вставать в очередь за пособием?" Пусть формулировка не обязательно такая, но что греха таить - люди, для которых беженская петиция часто единственный, пусть и иллюзорный, способ зацепиться в Америке, часто располагают очень ограниченным бюджетом. Те, что наслушавшись видеоблогеров рванули в Штаты, продав недвижимость в провинции, очень быстро приходят к осознанию, что квартиры едва хватило на билеты до Америки, адвоката, да съем жилья, за которое ещё и пришлось внести депозит. Барышни, отправляющии петицию в надежде на легальный статус пока они занимаются поиском подходящего кандидата на семейную жизнь, вдруг соображают, что уборка чужих квартир отнимает много времени и сил, которых в результате на социальную активность не остаётся. Кто-то вдруг неожиданно знакомится с расценками на американскую медицину. У кого-то есть знакомый, рассказывающий, что "вот в Швеции всем ЛГБТ дают квартиру, стипендию на образование, и бесплатные обеды, а Америка же ещё богаче."
Короче, у определённой категории беженцев вопрос о социальных плюшках возникает практически одновременно с подачей петиции. А должен он возникать "до."
Потому что в отличие от многих других стран, Америка не создаёт никакого предварительного квалификационного отбора для подачи беженской петиции. Можете заполнить форму - подавайте, пожалуйста. Но при этом Америка имеет довольно четкий критерий относительного того, кому в беженское контексте полагаются социальные бенефиты. И в упрощенной форме этот критерий такой - тем, у кого беженский статус уже одобрен. Все эти годы, что соискатель ждёт интервью, на котором будут выяснять, как он пострадал от кровавой гебни, никакого субсидированного жилья, бесплатных страховок, и талонов на питание ему не положено. Более того, у государства есть такое наивное ожидание, что до получения разрешения на работу, соискатель будет питаться на свои собственные сбережения вовсе не промышляя нелегальным трудоустройством.
Из этого пункта есть исключение в виде возможности урвать что-то не от федеральных щедрот, от бюджета Штатов, традиционно лояльным к нелегалам, и от частных организаций, которые обычно работают с определённой категорией беженцев. Например, с представителями ЛГБТ или определенными этническими меньшинствами. Но расчитывать на доступность таких программ при планировании бюджета, как минимум, легкомысленно.
Ловушка 5. "Ожидание" - не статус. Выражение, которое я не люблю так же сильно, как слово "легализация" - это "я нахожусь в статусе ожидания." Прочитайте все пятьсот-с-лишним страниц свода иммиграционных законов США, и Вы не найдёте там ни одного упоминания такого "статуса." Это порождение фантазии видеоблогеров, продающих концепцию лёгкой "легализации."
Попробую объяснить популярно, что же в Immigration and Nationality Act есть. Есть две пересекающиеся, но не идентичные категории граждан, по закону подлежащие выдворению из страны: unlawfully present ("незаконно присутствующие") и "without authorized status" ("без разрешённого статуса"). Для иностранного уха термины абсолютно идентичны - раз статус не разрешён, значит и присутствие незаконно, не так ли?
Не так. Технически, человек может попасть на территорию США незаконно, скажем, пешком через пустыню. В стране он unlawfully present. Но, скажем, он содействовал властям в раскрытии преступления, и в интересах следствия его присутствие "авторизовали". Или наоборот. Человек въехал по визе J1 c пометкой DS (duration of status). Он находится в США законно. Предположим, он оставил учебу или работу, которая поддерживала его статус, но из страны не уехал. Он находится в стране без разрешенного статуса, но пока он не попал на радар иммиграционным службам, которые установят, что статуса больше нет, он не аккумулирует стаж "незаконного нахождения." Это довольно загадочная концепция, нюансы которой не всегда очевидны даже людям с юридическим образованием, поэтому углубляться в неё не будем, а сосредоточимся на нашем гипотетическом сценарии.
Скажем, человек въехал по туристической визе, и на границе ему разрешили находиться в США стандартные для большинства туристических виз 180 дней. До истечения этого срока он подал беженскую петицию, и дело было принято к рассмотрению. Теперь он стал "заявителем на получение беженства." Тут существует распространённое заблуждение, что поскольку подача петиции произошла до истечения разрешенного срока пребывания, то "зазора" в виде нахождения в стране с истёкшим туристическим статусом нет, и человек незаконного нахождения в стране не набирает - значит, он находится в легальном статусе. И в случае подачи петиции на смену статуса так и есть. Если подать петицию на смену статуса, скажем, с туристического, на инвесторский, до истечения срока действия туристического, время нахождения в стране в ожидании смены статуса считается "авторизированным" и даже пересиженная туристическая виза препятствием к получения инвесторского статуса не является.
Беженская петиция построена иначе. Можете посмотреть на саму форму - там нигде не написано "заявление на смену статуса". Задача формы - предоставить офицеру биографический материал человека, который хочет, чтобы его признали беженцем. Форма нигде не говорит "поменяйте мне статус на иммиграционный." Форма говорит "спасите меня от неминуемой погибели." И именно на это будут направлены усилия иммиграционных служб. Истёкший неиммиграционный статус заявителя их не волнует, что логично: если человек доказал неминуемую опасность, его никуда не депортируют, а если не доказал - какая разница, какой у него был статус, все равно в финале чемодан-вокзал-родина. После того, как его туристический статус истёк, у заявителя начинается "незаконное нахождение в стране". Но оно не ведёт к выдворению, потому что по принципам международного права человек, затребовавший статус беженца, имеет "авторизацию" на нахождение в стране на время рассмотрения его дела. Заявитель находится в стране незаконно, но временно авторизировано.
Теперь про практический аспект этой казуистики. Наивный "беженец" прослышав про то, что после подачи петиции он находится в стране легально, недрогнувшей рукой засылает петицию, получает разрешение на работу, и на автомате продолжает совершать другие телодвижения по получению резидентского статуса. И, предположим, выигрывает в лотерею, или находит спонсирующего работодателя. После чего он хватает телефон и радостно обзванивает адвокатов, чтобы "поменять статус с ожидания на рабочую визу" или что-то в этом роде. Только, увы, чтобы поменять статус, надо этот статус иметь. А у подавшего беженскую петицию товарища статус истёк вместе с авторизированным сроком пребывания по туристической визе. В этом случае беженцу предоставляется две опции: высиживать до решения по беженского делу или выехать из страны для получения иммиграционной визы по новой категории (беженское дело, естественно, будет закрыто без права восстановления), и иметь неприятный разговор в консульстве об опасности в родной стране, которая была основанием для беженской петиции, но теперь волшебным образом миновала.
И заключительное соображение. Я не думаю, что этот текст реально станет откровением для человека, уже принявшего самое дурацкое в своей жизни решение. Мне почему-то кажется, что есть некоторый типаж потенциальных иммигрантов с ментальностью наркозависимого. Они знают, что совершаемое действие деструктивно, аморально, и часто незаконно. Но легкость подачи беженской петиции, сопоставимая с кайфом от легко достигаемого опьянения, даёт моментальную иллюзию счастья. Вот они, мы. Мы легально работаем, наши дети говорят по-английски, мы живём в доме с бассейном. Плевать на то, что эта "легальность" может развеяться, как синтетический дурман, и потом будет ломка от неминуемой встречи с родиной. Сейчас мы проглотили волшебную таблетку, и хотим думать, что это "только один раз попробовать" и всегда можно соскочить.
]]>Источник]]>
]]>Это типа вот этого?]]>